«Кармен» как нескончаемый праздник премьеры

Спектакль А. Калояна отличает заострение внимания на противостоянии двух героинь — Кармен и Микаэлы. Скромную невесту Хозе Микаэлу спела и сыграла лауреат международных конкурсов Ксения Бахритдинова. Ее голос придал образу провинциальной девушки из горного селения не лирическую, а более драматическую, содержательную окраску. При том, что фактура у Бахритдиновой юная, чувства, которые передает ее голос, выражает ее взгляд — уже зрелые, серьезные. Целостность характера Ксения несла даже там, где мизансцены режиссера провоцируют ее на резкость — как в том эпизоде, когда Микаэла, уставшая от назойливости сержанта Моралеса, с резвостью пацанки дает ему по ногам! Актерским дарованием солистки согрета и сцена в горах, когда Микаэлу чуть не за волосы выволакивает из укрытия и ставит пред очи Кармен контрабандист Ремендадо. В отличие от того, как принято в традиционных оперных постановках, А. Калоян провоцировал артистов на далеко не академические мизансцены, в которых проявляется способность исполнителя мыслить, жить образом «тут и сейчас». Так вот, у Микаэлы-Бахритдиновой в этой сцене глаза пылают одновременно страхом настоящей опасности, чувством оскорбленного достоинства и пламенем любви к Хозе. Да, от такой горячной, статной Микаэлы Хозе не так просто оказалось уйти к Кармен! Такая Микаэла повышает ставки в игре Кармен за душу Хозе, что является принципиальным для прочтения А. Калояна.

В партии влюбленного в Кармен капитана Цуниги предстал лауреат международных конкурсов Сергей Замыцкий. Обладатель сценичной внешности (подходящая для масштабной сцены фактура), С. Замыцкий во всех своих сценических творениях по-актерски раскован, в меру обаятелен, любит подчеркивать юмор, легко овладевает сценическим действием, сценическим боем. Все это присуще и его образу в «Кармен». Как важен этот персонаж для донесения режиссером одной из актуальных тем новеллы П. Мериме, противопоставлению людей закона — контрабандистам, свидетельствует момент, когда Цунига собирает дань за «местовое» на площади перед табачной фабрикой, где каждый вечер фланируют в поисках легкодоступных табачниц мужчины. Стиль «милитари» жандармской формы (костюмы А. Лапина) только подчеркивает вполне сложившийся образ полицейского с двойной моралью (днем на площади как страж порядка, а ночью — гость в кабаке у контрабандистки). В общем, можно лишь пожелать С. Замыцкому и дальше шлифовать не столько большую, сколько специфичную партию Цуниги, добиваясь более естественного мелодического, нежели декламационного ее звучанния.

Приятно отметить, что спектакль «дышит» энергией массового действия. Есть в нем, наравне с моментами, в музыкальной драматургии досадно смазанными, и эмоционально-настроенческие открытия, например, женский хор в первом акте. А. Калоян услышал в характере музыки не плавность волнующихся в жаркий вечер вееров горожанок, но стук истомленных негой сердец. Сцена, когда табачницы оплетают мужчин нежным узором своих рук, садятся им на колени, красива и абсолютно музыкальна. Вообще говоря, хор в «Кармен» (главный хормейстер театра — заслуженный деятель искусств А. Черникин) проявляет себя именно с артистической стороны, а мужская часть коллектива также в открытом приеме помогает трансформировать декорации в сценическом пространстве. Нельзя не упомянуть и об успехе у зрителей очаровательного хора мальчиков — с непосредственным визгом проносящихся после своего выступления сквозь каре «жандармов» — за кулисы.

Полноты синтеза искусств «Кармен» достигает во втором акте, который открывает сцена цыган в кабачке Лилас Пастья. И дело не только в том, что балетмейстер Елена Розина поставила тут дивертисмент с элементами фламенко для балетных танцовщиков, а именно в том, что сами солисты — исполнители партий Кармен и ее подружек Фраскиты и Мерседес — тут поют и танцуют одновременно. После вариаций балета «солировать» в первой линии наступает черед именно вокалисткам. Идеальный тандем Фраскиты и Мерседес — заслуженная артистка Украины Тамара Гармаш и лауреат международного конкурса Олеся Мишарина. Обладающие сценичной внешностью, манерами и вкусом, солистки гармонично смотрелись в паре, что так важно для этого дуэта у Ж. Бизе. За Мерседес и Фраскитой было интересно наблюдать даже в массовых сценах — их общение было осмысленным и сиюминутно импровизационным (в меру кокетства, в меру гонора подружек контрабандистов, но и ощутимая коллизия с Кармен: ох, заберет себе «их» красавчика Эскамильо неугомонная Карменсита, как пить дать, заберет!) Двумя опорными точками, на которых держатся партии Фраскиты и Мерседес, являются квинтет контрабандистов во втором и трио гадания (с Кармен) в третьем актах спектакля. Квинтет поддержали солист театра Роман Гордеев (в партии Ремендадо) и лауреат международного конкурса Никита Маринчак, который ранее выступал в партии Моралеса. Молодые солисты смело привнесли в свои сцены ситуационный юмор, присущий обстоятельствам, в которых все — влюблены, а кое-кто еще и ревнует! В трио гаданья, при соблюдении баланса ансамбля, особой остротой и отточенностью рисунка музыкальных фраз отличилась Т. Гармаш.

С какого бы ракурса зрительного зала не смотреть постановку «Кармен» Армена Калояна, она продолжает открываться дополнительными гранями сложных массовых мизансцен, а сценография Александра Лапина, независимо от конкретного исполнительского состава, остается важным действующим лицом спектакля и «проигрывает» в трансформации единой сценографической установки всю драму свободы и любви на арене корриды человеческих чувств.

С особым — вполне понятным — воодушевлением провел сложный оперный спектакль Юрий Яковенко, который впервые встал за дирижерский пульт после присвоения ему указом Президента почетного звания заслуженого деятеля искусств Украины. Поздравления и цветы стали венцом окончания полюбившегося харьковчанам (на него приходят не по одному разу) спектакля.

Кстати, о «цветочной политике» ХНАТОБа.

В связи с трагическими событиями в парижском концертном зале руководство театра утвердило меры к ужесточению режима безопасности и поручило выносить цветы на сцену только капельдинерам, которым зрители будут передавать свои букеты и открытки с поздравлениями для любимых солистов. Такая практика, к слову, давно принята в мировых театрах и даже в Украине — на сцене, в частности, одесского оперного театра.