Несчастный гений

Истинного украинца Александра Довженко советская власть не расстреляла и не сгноила в лагерях. С ним поступили хуже — ему запретили возвращаться на родину. Живя большую часть сознательной жизни в Москве, кинематографист невероятно тосковал по Украине. Довженко — человек, который сгорел от любви к своей земле. Легендарного режиссера так и похоронили на чужбине. В память о родной стране на похороны друзья привезли сноп ржи и яблоки, а в могилу бросили кусочек украинской земли.

Александр Довженко родился в 1894 году в семье полтавских чумаков, осевших в Черниговской области, в селе Сосница. Воспоминания Довженко о детстве сводились к двум словам — «плач и похороны», из четырнадцати детей в семье выжило двое, Александр и его сестра Полина.

Мальчик много читал, иногда в ущерб помощи родителям, и даже еде и сну. Родители решили, что Саша «способный» — и продали часть земли, чтобы на вырученные деньги отправить его учиться. Учился Довженко в Сосницкой начальной школе, а затем в начальном училище.

В 1911 году Александр Довженко поступил в Глуховский учительский институт (ныне Глуховский национальный педагогический университет имени Александра Довженко), но не потому, что стремился стать учителем, а потому, что имел право сдавать туда экзамены, да и стипендия там была 120 рублей в год. Здесь он был самым молодым среди студентов, и здесь, как пишет сам Довженко, «перестал верить в Бога, в чём и признался на исповеди отцу Александру, единственному либеральному человеку из всех наших учителей». В институте он впервые знакомится с украинскими книгами, которые читались им и товарищами тайком от педагогов. В 1914 году Довженко закончил институт и был направлен в Житомирское начальное училище, где ввиду нехватки учителей он преподаёт природоведение, гимнастику, географию, физику, историю, рисование.

Первую мировую войну он воспринял «как обыватель», сначала радовался и забрасывал цветами раненых, лишь через несколько лет стал смотреть на них «уже с тоской и стыдом». В 1917 году на фронт его не принимают как «белобилетника» (из-за больного сердца), он переезжает на работу в Киев, где тоже учительствует и учится в Киевском коммерческом институте (ныне Киевский национальный экономический университет) на экономическом факультете. Довженко поступил туда только потому, что его аттестат не давал возможности поступать в других высшие учебные заведения, и это был способ получить хотя бы какое-то высшее образование. Учился плохо, не хватало времени и усердия. В том же году, когда в Киеве открывается Украинская академия искусств, Довженко становится её слушателем.

В биографии Александра Петровича много неясностей, но самый загадочный период — с конца 1917 года до 1923‑го, когда он вернулся в Харьков из-за границы. То ли состоял он в КПУ, то ли избегал — непонятно, тем более что после того, как большевики окончательно захватили власть, нужно было усиленно доказывать первое — чтобы выжить. Так, по некоторым данным в 1918 году, будучи уже председателем общины коммерческого института, Довженко организовал общестуденческий митинг против призыва в ряды гетманской армии. Участники демонстрации были разогнаны, около двадцати убиты, многие ранены. Академию Довженко так и не закончил, а институт, по его словам, посещал до 1920-го или 1921 года.

Как бы там ни было, летом 1921 года Довженко вдруг начал дипломатическую карьеру и отправился работать в Варшаву, а в начале 1922‑го — в Берлин, секретарем консульского отдела Торгового представительства УССР.

«Про заграницу я мечтал только в детстве, потому командировка меня напугала, — вспоминал он. — Канцелярская работа была такой неприятной и нудной, что я не выходил из посольства неделями».

К этому же времени относятся и первые публикации Довженко‑художника. Некоторые из его рисунков-карикатур были напечатаны в журнале «Молот», выходившем в США. Понимая, что совмещать служебные обязанности и рисование будет трудно, Довженко обращается в ЦК КП(б)У с заявлением о предоставлении ему возможности заняться в Германии изучением графики. Получив в качестве стипендии 40 долларов от Наркомпроса УССР, он учится около года в частной художественной школе профессора-экспрессиониста Вилли Геккеля, где изучает палитру живописного экспрессионизма. Летом 1923 года Довженко был отозван в Украину.

Летом 1923 года Довженко поселяется в Харькове, тогдашней официальной столице Украины. Он сразу оказывается в обществе украинских литературных романтиков и писателей-футуристов, работает как художник-иллюстратор в редакции газеты «Известия ВУЦИК» и художник-карикатурист под псевдонимом «Сашко», а также становится известным как иллюстратор книг, в частности «Голубых эшелонов» Петра Панча. Его меткие карикатуры и дружеские шаржи с подписью «Сашко» часто появлялись в других изданиях. В это время он тесно общается с влиятельным в то время и ориентированным на кино литературным объединением «Гарт», созданным в январе 1923 года. Творческими и идейными вдохновителями «Гарта» были Эллан-Блакитный и Майк Йогансен. В состав также входили К. Гордиенко, И. Днепровский, И. Кириленко, А. Копыленко, В. Коряк, Г. Коцюба, И. Кулик, М. Майский, В. Полищук, И. Сенченко, В. Сосюра, М. Тарновский, П. Тычина и М. Хвылевой. После распада «Гарта» Довженко сотрудничает с литературным сообществом «левых» украинских писателей ВАПЛІТЕ. Параллельно Александр заинтересовался театром «Березиль» и стал часто появляться за кулисами, познакомился с Лесем Курбасом и, говорят, едва не решил стать театральным режиссером.

Но именно в это время он разрабатывает собственную концепцию кадра-скетча и кадра-плаката, поэтому театр был отброшен как таковой, потому что не отвечал ни темпераменту художника, ни его пониманию режиссуры.

Со временем Довженко пробивается к кино. Не имея ни опыта, ни образования в новой области, он начал работать на Одесской кинофабрике ВУФКУ. В 1925 году Довженко — стажёр на съёмках агитфильма «Красная Армия».

«В июне 1926 года я просидел ночь в своей мастерской, подвёл итоги своей неудобной тридцатилетней жизни, утром ушёл из дому и больше в дом не возвращался. Я уехал в Одессу и поступил на работу на Кинофабрику в качестве режиссёра».

Поначалу он был уверен, что снимать будет комедийные картины. Работа на съёмочной площадке давалась нелегко, так как Довженко понятия не имел о том, как строится съёмочный процесс, не владел техникой, однако с самого начала интуитивно чувствовал, как должен выглядеть кадр — посещая съёмочные площадки других режиссеров, он видел, что не так в их работе, и это придавало ему уверенности.

Первым киноопытом Довженко стали короткометражки по его сценариям — «Вася-реформатор» и «Ягодка любви». А первой полнометражной картиной — «Сумка дипкурьера».

Александр Довженко впервые заявил о себе как об интересном и самобытном мастере после съёмки картины «Звенигора» (1928), где он в необычной манере соединил революционный эпос, сатиру и лирику.

В 1930 году Довженко снял один из своих самых известных фильмов «Земля». Картина имела оглушительный успех на экранах Голландии, Бельгии, Греции, Аргентине, Мексике, Канаде, США. Мировые кинематографисты внесли фильм в сотню лучших кинопроизведений. А после международного референдума в Брюсселе украинскую ленту добавили в перечень 12‑ти лучших фильмов всемирной истории кино. Однако, на родине «Землю» не оценили. После её выхода советская власть начала травить Довженко. Его обвинили в «защите кулаков и ностальгии по прошлому», а фильм — запретили.

Этапными работами стали фильмы «Иван», «Аэроград», «Щорс». Картина «Щорс» (1939) была снята по прямому указанию Сталина, который непосредственно вмешивался в процесс создания фильма. Столь тесная связь с высшей властью имеет оборотную сторону. Постепенно накапливаются противоречия между собственным взглядом художника на творчество и официальной идеологией.

У режиссера было две жены. Первая — Варвара Крылова, с которой он познакомился в 1914 году, когда они вместе готовили вечер, посвященный Тарасу Шевченко. Она была на шесть лет его младше; в 1917‑м пара связала себя узами гражданского брака. Но вскоре году Варвару соблазнил белогвардейский офицер, с которым она даже поехала за границу, где заболела туберкулезом костей. Любовник бросил ее, Варвара вернулась в Украину; все еще любящий ее Довженко в 1923 году взял ее в жены. Но, начав снимать свои первые фильмы, увлекся молодой актрисой Юлией Солнцевой, и Варвара сама решила уйти из жизни Александра Петровича (в 1926‑м году), чтобы не быть обузой.

С Солнцевой, известной ролями в фильмах «Аэлита» и «Папиросница из Моссельпрома», Довженко познакомился в Одессе. Вскоре Юлия бросила актерскую карьеру и начала специализироваться на режиссуре. Она была ассистенткой во многих работах Довженко; до сих пор не развеян миф о том, что Солнцева была приставлена шпионить за талантливым украинцем. Также вызывает споры и то, как она обошлась со сценариями мужа: став их наследницей, она на собственный вкус сняла фильмы «Поэма про море» (1958), «Повесть пламенных лет» (1960), «Зачарованная Десна» (1964).

В 1934 году Довженко покидает Украину и переезжает в Москву, опасаясь волны репрессий. С конца 1930‑х он всё больше уделяет времени литературе и подготовке сценариев к будущим картинам. В годы Второй мировой войны снял несколько документальных фильмов, писал публицистические статьи и очерки. Написанный в 1943 году сценарий к фильму «Украина в огне», после обсуждения в Политбюро ЦК КПСС, получил крайне негативную оценку Сталина и не был принят к производству.

Поэтическая картина «Жизнь в цвету», которую Довженко задумал ещё в 1944 году, в угоду идеологическим принципам была переделана в фильм «Мичурин». Фильм бесконечно изменялся и перемонтировался в попытках удовлетворить требования цензуры. По мнению некоторых критиков, в итоге получилась совершенно беспомощная работа, не содержащая ничего, кроме пропагандистского пафоса. Другие же критики утверждают, что, несмотря на переделки в угоду идеологии, фильм всё-таки получился талантливым и стал событием в советском кинематографе. В ходе съёмок режиссёр заработал инфаркт.

В последние годы Довженко был занят педагогической работой — преподавал во ВГИКе. Продолжал работать над сценариями будущих картин. Он мечтал вернуться на родину, в Украину, но не получил на это официального разрешения властей. Также он приступил к роману-эпопее «Золотые ворота», в котором хотел переосмыслить ключевые моменты украинской истории. Александр Довженко скончался 25 ноября 1956 года от инфаркта на своей даче в Переделкине, перед первым съёмочным днём его новой картины «Поэма о море».

***

Живя большую часть сознательной жизни в Москве, Александр Довженко неимоверно тосковал по Украине. «Я умру в Москве, так и не увидев Украины, — писал он в дневнике в 1945 году. — Перед смертью попрошу Сталина, чтобы перед тем, как сжечь меня в крематории, из груди моей вынули сердце и закопали его в родную землю в Киеве где-то над Днепром на горе».

В 1950‑х художнику удалось побывать в Украине — но только в Каховке, и в конце концов именно тоска по родине и добила его. Незадолго до смерти он написал в президиум Совета писателей Украины: «Уже не нужно ничего — ни киностудии, ни работы, помогите только переехать в Украину. Большая квартира мне не нужна. Только нужно, чтобы с одного хотя бы окна можно было смотреть вдаль. Чтобы был виден Днепр, и Десна где-то под горизонтом, и родные черниговские земли, что так настойчиво начали являться мне во сне». Ответа не было. Похоронили Довженко на Новодевичьем кладбище в Москве.