Педагогическая истина в елочном магическом кристалле

Уже при входе в фойе театра зрителей ждут обязательные бесплатные угощения, персональные подарки от Деда Мороза и Снегурочки, красавица-елка, на которой уже красуется среди шариков и гирлянд пожелание театру от речистой трехлетней зрительницы, а также — по новой традиции этого театра — новогодняя фотолаборатория, благодаря которой можно сфотографироваться в изумительно красивом новогоднем лесу всей своей семьей или с Дедом Морозом и Снегурочкой. Каждый спектакль сюжетно и персонажами связан со своей новогодней интермедией, что является традицией исключительно данного театра. Особенность всех интермедий в театре «P.S.» в их иллюзионности. Фокусы, чудеса, полеты и превращения дарят поистине сказочное настроение не только ребятам, но и зрителям постарше. Благодяря участию в интермедиях, кроме актеров театра, дуэта «Виртуоз» эту часть программы можно назвать «театр плюс цирк». На интермедии, которую посчастливилось увидеть мне, вздыхали от непостижимого восхищения даже взрослые: Снегурочка, упрятанная в мерцающий короб, взлетала вместе с ним в невесомость, светлячки порхали прямо над детскими головами, и их можно было поймать рукой, взмывающий над полом крылато-скатерный стол, искусственный снегопад и плавающий в воздухе таинственный мерцающий шар — то ли самое большое елочное украшение, то ли магический кристалл из идущего в театре «P.S.» спектакля для взрослых «Экс-комеди в летнюю ночь…».

Об одном из лучших спектаклей нашого города для детей «…Дракончике Апчхи» «Харьковские известия» уже писали. Разговор о самой новой постановке для малышей — «Том Тит Тот» — еще впереди. А вот «Похищение Джонни Дорсета» привлекло внимание сейчас. Ведь спектакль идет в обновленной редакции. В прошлом «Джонни…» мастер-класс игры давал сам режиссер С. Пасечник, игравший невезучего бандита Билли. Роли его напарника Семми и их мучителя мальчишки Джонни исполняли выпускники студии театра. В нынешнем варианте спектакля все роли играют ровесники, выпускники кафедры мастерства актера и режиссуры театра анимации Харьковского университета искусств.

«…Джонни Дорсета» ребята смотрят на одном дыхании, иной раз даже чрезмерно вмешиваясь в действия актеров своими комментариями. Еще бы, ведь в сюжете этого спектакля коктейль из любимых маленькими зрителями ингредиентов — тут и костюмированная война «бледнолицых» с «краснокожими», и осмеяние-поругание нудных школьных авторитетов, и игра «в мертвецов, и «папа-папа, давай поиграем в лошадку» — одним словом, сплошной праздник непослушания!

Пара похитителей выстроена в постановке контрастно и выразительно. Сэм в исполнении Владимира Дидура — интеллект «самой маленькой мафии Америки». Бил (Ярослав Соломко) — сердечней, но от этого и уязвимей в поединке с жестокой жертвой похищения. Роль Джонни, единственного сына богача-ресторатора, за которого проходимцы рассчитывают получить выкуп, играет Анастасия Соломко. В ее облике — сочетание подкупающей детскости выражения лица с упрямством, свойственным разбалованному ребенку, которому удалось вырваться из-под опеки родителей. Актриса прекрасно передает главную черту психофизики «вождя краснокожих» — внезапность! Но когда к этой черте привыкаешь, становится интересно следить именно за изменением характера Джонни.

Так, просто завораживает ночная сцена в горах: утомленные дневным дозором, за Джонни Бил и Сэм засыпают вокруг мальчишки, но и во сне он продолжает мешать их спокойствию. То ручка ребенка нежко откинется на Билли, то ножка Джонни строптиво забросится на Сэма. Среди бандитов с неспокойной совестью поднимается ночная возня и кутерьма. Добившись своего, проказник Джонни умиротворенно засыпает, но, разметавшись во сне, ребенок снова «награждает» своих горе-похитителей ножкой и ручкой. Ощущение этот момент в спектакле оставляет какое-то щемяще-светлое: тут зарождается щенячье доверие строптивого Джонни уже не к похитителям, а к своим новым друзьям по проделкам и приключениям.

Но горе разрушившему это доверие! Сначала явным лидером в игре в «индейцев» является Сэм. Это ведь он придумывает такой маскарадный ход, чтобы респектабельное дитятко не скучало, пока Сэм и Билл дожидаются за него выкупа. Сэм же раздает в этой игре «роли» и «маски», учит Джонни скакать на коне до упаду, натягивать тетиву и стрелять из лука, а также пользоваться ножом, которым индейцы так любят снимать скальпы — одним словом, делать все то, что Джонни запрещают в его школьно-домашней жизни. Превосходство Сэма передается и мизансценами (верхом на чемодане, с эпической контровой подсветкой в перьях ирокеза и натянутой на стрелу тетивой), и саркастическими интонациями В. Дидура-Сэма, обращенными как к напарнику, так и к дитятке-шалуну.

При этом Билл какое-то время оказывается в тени свого речисто-сообразительного напарника. Он деморализован атаками Джонни, и единственное, на что способен в затеянной игре, — так это служить жертвой, мишенью, громоотводом. Я. Соломко даже типажно очень легко вписался в предложенный режиссером образ: белесый, голубоглазый, увальневатый, такой себе потомок техасских ковбоев в типичном костюме из вестерна — видавшей виды клетчатой рубашке, жилете и штанах, позабывших от долгого использования, какого они были цвета.

В выстроенной режиссером, но пока только лишь обозначенной начинающей актрисой кульминации роли Джонни наступает болезненное отрезвление похищенного: своим похитителям он тоже не нужен. Как, уже давно ясно, не нужен родителям. Открытая эмоция А. Соломко кажется немного не в формате спектакля для малышей — с ней исчезает сказка и наступает мелодрама.

Не случайно месть Джонни в большей степени обращается на того, кто открыл ему мир безнаказанной детской фантазии и с кем он ощущал себя не младшим, но равным. Сцена с черепом (будто бы принадлежащим только что оскальпированному Джонни Биллу) в исполнении В. Дидура очень веселит детей, а у взрослых рождает остроумную ассоциацию с «Гамлетом». Перед лицом нависшей вендетты со стороны Джонни мошенникам волей-неволей приходится сплотиться. Но вот если Сэм защищается от Джонни по-иезуитски изворотливо, то Билли принимает ярость ребенка как воздаяние за все неправедно им свершенное.

В единственный момент, когда жанр спектакля укрупняется, звучит главная в «Похищении Джонни Дорсета» истина. И ее драматург с режиссером поручили именно Билли. Здесь Ярослав Соломко позволяет почувствовать качественный скачок в развитии своего героя — он больше не тупая тягловая сила, не исполнитель чужих указаний. Укрощенный и перевоспитанный, Джонни стал личностью. Потому-то так лирично и глубоко звучит из уст Билли первая идея, которую он выносил самостоятельно: бросить разбойничать, вернуться в родные края, там жениться, обзавестись кучей ребятишек, да чтобы один из них был как две капли воды похож… на невозможного Джонни!

Думаю, это уже психологический парадокс для взрослых, приведших в театр детей. Как часто мы стонем от невыносимых отпрысков, хотим убежать от них хоть на край земли, но очень скоро понимаем, что без них и невесело, и сама жизнь — не жизнь.

А секрет Джонни, по остроумной версии драматурга З. Сагалова, открывается в самом финале спектакля: «Я не Джонни. Я Дженни! Его старшая сестра», — сбросив берет, с развевающимися волосами, кричит главный герой спектакля, оказавшись, на самом деле, его единственной героиней. И малыши в зале наперебой обмениваются одобряющими возгласами: «Ну, я говорил (-а), что у Джонни девчачий голос? Так и есть». Приятно, когда в театре детей не «обманывают», не делают скидку на то, что ребенок, дескать, не все просечет. Об этом невольно задумываешься, когда становишься свидетелем разговора в зрительном ряду двух, по виду лет семи, интеллектуалов, в котором одна со знаним дела толково отвечает на вопрос другого о терминологии «бледнолицых» и «краснокожих»!

Уже увиденные нами в театре «P. S.» спектакли для детей объединяет тема драгоценной детской индивидуальности. В центре постановок — ребенок как личность, стоящая наравне со взрослыми, и малыш, иной раз преподносящий урок этики и доброты старшим. Не случайно в своем предновогоднем поздравлении зрителям директор и режиссер театра Светлана Пасечник пожелала ребятам — слушаться родителей, а родителям — внимательно прислушиваться к своим детям.