Синдром Орловой

Любовь Петровна Орлова родилась 11 февраля (29 января по старому стилю) 1902 года. Отец, Петр Федорович Орлов, служивший в военном ведомстве, был женат на Евгении Николаевне Сухотиной, дворянке, дальней родственнице Льва Толстого. Кстати, его книга «Кавказский пленник» с дарственной надписью «Любочке от Льва Толстого» хранилась как реликвия в доме Орловых.

Родители хотели, чтобы дочь стала профессиональной пианисткой, и, когда ей исполнилось семь лет, отдали в музыкальную школу. По одному из семейных преданий, однажды в их доме гостил Федор Шаляпин, которому показали оперетту «Грибной переполох», поставленную любительским детским театром. В этом спектакле маленькая Любочка Орлова исполняла роль Редьки. После окончания представления Шаляпин вдруг поднял Любу на руки и произнес пророческую фразу: «Эта девочка будет знаменитой актрисой!»

После революции семье будущей звезды было тяжело. Коровы в оставшемся имении Сватово спасали от голода, ими и занимались дочери — Нонна и Люба. Будущая звезда возила в Москву молоко на продажу, приходилось ей голыми руками зимой ворочать обледеневшие тяжёлые бидоны, дрожала она от страха, возвращаясь одна с деньгами со станции.

Потом была недолгая учёба в консерватории, тупая работа тапера в московских «иллюзионах» и «синематографах».

Единственным артистическим образованием для Орловой стала скромная хореографическая студия Франчески Беаты, упоминания о которой Любовь Петровна избегала, по-видимому, из-за непрестижности этого учебного заведения. Однако именно эта студия развила в Орловой немалый пластический талант, чуткость к ритму, а главное, стремление к непрерывному поддержанию в форме своего тела. До конца жизни Любовь Петровна не пропустила ни одного дня тренировки у станка. От этих студийных лет сохранился у Орловой и узенький кожаный поясок — эталон объёма талии — чтоб в тридцать, сорок, семьдесят лет, как в двадцать — не более сорока трех сантиметров.

Любовь Орлова училась в Московской консерватории по классу фортепиано, но из-за трудного материального положения в семье учёба не была окончена. Что касается «фортепьянной поденщины», то судьба Орловой была типичной для интеллигентов того времени. Счастлив оказывался тот, кому удавалось хотя бы так заработать на кусок хлеба себе и своим близким.

В 1926 году Любовь Петровна уже была принята в Музыкальный театр Немировича-Данченко. Несколько лет она пела в хоре и одновременно брала уроки актерского мастерства. Каждое утро — балетный станок, ледяной душ, беспощадная тренировка.

Встреча с судьбой, Григорием Александровым, ждала Орлову впереди. А сначала был первый муж, заместитель наркома земледелия, прибалтиец Андрей Берзин, бесследно исчезнувший в роковые 30‑е годы.

Много позже, когда после триумфального успеха «Веселых ребят» Орлову пригласили в Кремль, и Сталин спросил ее о каком-нибудь желании, Любовь Петровна ответила: «Я хочу узнать о судьбе моего первого мужа». Уже на следующий день ее вызвали на Лубянку: «Ваш первый муж отбывает ссылку в одном из казахстанских поселков. Если хотите, вы можете с ним воссоединиться». Она поблагодарила за информацию и поспешно ушла.

Репрессированный Берзин никогда не напомнил бывшей жене о своем существовании.

Режиссер Григорий Александров долго искал актрису на роль домработницы Анюты в музыкальной комедии «Веселые ребята». Требования были суровые: претендентка должна была сама петь, танцевать, быть красивой и одновременно простоватой. Друзья посоветовали ему посмотреть в театре Немировича-Данченко «Периколу» с Орловой в главной роли. После спектакля он зашел за кулисы — неотразимый, только что вернувшийся из Америки.

«Я увидела голубоглазого золотоволосого Бога, и все было кончено», — вспоминала актриса.

О том, как в жизни Александрова возникла Любовь Орлова, существует две версии. Согласно первой, рассказанной Григорием Васильевичем, он увидел ее в спектакле «Перикола» и сразу понял, что нашел свою Анюту.

«На следующий день мы пошли в Большой театр на торжества, посвященные юбилею Собинова, — вспоминал режиссер. — Во время концерта… я говорил и говорил, надеясь убедить ее, потому что на мое предложение сниматься она сказала: «Нет». В конце концов она согласилась сниматься в моем фильме».

Однако, по мнению современников режиссера, рассказ Григория Васильевича слишком красив. Да и склонность Александрова к сочинению баек заставляет усомниться, что Любовь Петровна категорично отказывалась сниматься. Знакомые актрисы утверждали — Орлова мечтала получить роль Анюты. Но кинопробы с ее участием Александрову не понравились, и он завернул ее кандидатуру. Тогда актриса уговорила свою подругу Любовь Степанову, хорошо знавшую Александрова, пригласить того в гости. Не успел Григорий Васильевич выпить чашку чая, как в дверях появилась Орлова. В итоге Любовь Петровна получила роль.

Снимали «Веселых ребят» летом, в Гаграх. Именно там стремительно развивался их роман, который Александров, несмотря на присутствие в экспедиции жены и сына, ни от кого не скрывал. Говорят, за Орловой пытались ухаживать и другие члены съемочной группы, но она отдала предпочтение режиссеру. Сразу же после окончания съемок они поженились.

Со всесоюзного триумфа картины начался и многолетний триумф Орловой. Трудно назвать актрису, которая могла бы сравниться с ней по популярности. С ума от ее красоты сходили не только мужчины, но и стремящиеся во всем подражать звезде женщины. Последние — в прямом смысле этого слова. У психиатров этот диагноз получил название «синдром Орловой». Она была красива какой-то совершенно несоветской красотой и выглядела пришелицей с далекой планеты Голливуд. В ней воплотилась мечта наших людей о «красивой жизни». Он ввела в моду осветленные до белизны волосы, крутой перманент, подставные плечи и юбки, туго обтягивающие бедра. А белый, в облипочку, свитер, в котором героиня Орловой марширует в финале картины «Цирк», стал модным «хитом» нескольких сезонов. У нее учились ходить, сидеть, одеваться.

Но с ростом 1 метр 58 сантиметров и талией в 43 сантиметра Любовь Петровна была труднодостижимым идеалом. Кстати, после выхода на экраны «Цирка» несколько дней артистка в буквальном смысле возвышалась над Москвой — ее фигура была установлена на колокольне Страстного монастыря — одном из самых высоких сооружений в то время.

Все картины с участием Орловой были построены по простой схеме непременного торжества справедливости, когда вопреки всем законам жизни Золушка превращается в Принцессу. Законодателями моды Орлова и Александров стали и в области супружеских отношений — о них не было грязных сплетен, их брак был считался идеальным. Беспрецедентная ситуация: ни в одной картине героини Орловой ни с кем даже не целуются! Правда, многие говорили о том, что великая любовь Орловой и Александрова — не что иное, как легенда, которую они искусственно создали и столь же искусственно поддерживают. Оказывается, не только в наши весьма прагматические, но и в те далекие, вроде бы романтические, времена удивительным казалось, что супруги спят в разных комнатах и обращаются друг к другу исключительно на «вы» (кстати, здесь у них тоже было много подражателей), а Любовь Петровна ни разу в жизни не позволила себе появиться пред очи мужа без прически, косметики или, упаси Бог, в халате.

Хотя были в их совместной жизни и проблемы. В июне 1938 года газета «Советское искусство» написала о том, что знаменитая актриса пристрастилась к алкоголю. Это было правдой, но каким-то образом Александрову удалось спасти жену от пагубной привычки. Предполагают, что он припугнул ее окончанием карьеры в кино, а именно это для актрисы было самым главным в жизни.

Последней триумфальной картиной Орловой и Александрова стала послевоенная «Весна». С 1947 года Любовь Петровна работала на сцене Театра имени Моссовета. В 1963 году в спектакле «Милый лжец», который поставил Александров, она сыграла роль Патрик Кэмпбелл, а в «Странной миссис Сэвидж» — миссис Сэвидж. Но вскоре В. П. Завадский отдал эту роль Вере Марецкой. Орлова постепенно сошла со сцены и стала вести тихую и размеренную жизнь пенсионерки. Все это время они с Александровым жили на даче во Внукове. Среди богемы у них практически не было друзей. Наверное, поэтому и Новый год они предпочитали встречать вдвоем: за десять минут до боя курантов выходили из дома, поздравляли друг друга, целовались и долго молча стояли, держась за руки…

А в начале 70‑х Александров внезапно решил вернуться в кино и приступил к съемкам картины по собственному сценарию «Скворец и лира», в котором 70‑летняя Орлова должна была играть 25‑летнюю разведчицу. Действительно, несмотря на преклонный возраст, звезда советского кино выглядела потрясающе. Правда, секрет ее красоты был довольно прост — начиная с сорока лет Любовь Орлова с завидной регулярностью делала себе пластические операции. Говорят, не требовала вмешательства лишь не поддающаяся годам шея Орловой, остававшаяся, как в молодые годы, гладкой и упругой. Единственное, с чем не могла справиться даже пластика, — это руки Орловой, которые даже в молодости выглядели увядшими. Любовь Петровна всегда очень страдала по этому поводу и перепробовала массу самых различных средств. Но ничего не помогало.

Однако фильм постигла печальная участь — художественный совет киностудии не выпустил его на экраны. Вероятно, это и подкосило актрису окончательно. Вскоре она попала в Кунцевскую больницу с сильными болями — Орлова была уверена, что у нее камни в почках. Но диагноз оказался смертельным — рак поджелудочной железы. Врачи, обнаружившие метастазы, рассказали Григорию Васильевичу правду. А он попросил их ничего не говорить жене… Но, очевидно, она все-таки чувствовала, что умирает, потому что начала метаться в поисках пьесы, с которой могла бы достойно уйти не только со сцены, но и из жизни…

23 января 1975 года, в день рождения своего мужа, Любовь Петровна внезапно потеряла сознание. Ее отвезли все в ту же Кунцевскую больницу, где спустя три дня она и скончалась.

Александров прожил еще восемь с половиной лет, снял документальный фильм «Любовь Орлова».