По взмаху дирижерской палочки…

—Ну, в правой руке у Калабухина дирижерская палочка, так что это место занято, а если серьезно, то известно, что опера — это синтез вокального и сценического искусства, так вот есть дирижеры, которые работают над музыкальностью, воплощением драматического образа, имея к вокалу лишь косвенное отношение. Анатолий Васильевич же относится к числу тех немногих дирижеров, которые прекрасно слышат вокал и разбираются в нем, знают основы технологии постановки голоса певца. Как музыканты перед игрой настраивают свои инструменты, так и вокалисту необходимо настроить свой голос. Этот настрой Анатолий Васильевич чутко слышит и помогает певцам. Репетируя мизансцены, он сразу определяет, что необходимо изменить в манере исполнения, дает советы каждому солисту, показывает правильный темпоритм и приемы звукоизвлечения во всех регистрах, помогает проявить подтекст партии роли. В результате вокальный образ выходит настолько выразительным, что убеждает даже без сценического ряда. Во время работы с оперными певцами Анатолий Васильевич обычно вспоминает большое количество ассоциаций из области живописи и литературы, проявляет удивительное умение включаться в разное состояние, связанное с ролями и мелодиями, подсказывает актеру образное содержание его партии и мастерски связывает все это с музыкой. Если я лично в чем-то сомневаюсь, профессиональное мнение Анатолия Васильевича для меня абсолютно. Это профессионал высокого класса, обладающий глобальным мышлением.

—Строгим с оркестром действительно нужно быть. Но в Анатолии Васильевиче заложена дирижерская жилка, музыкальность, волевое начало. Калабухин — личность в полном понимании этого слова, лидер, который берет на себя ответственность, знаковая фигура на небосклоне харьковского искусства, его смело можно причислить к корифеям дирижерского дела. Он дважды был приглашен работать в Москву, в Киев, но всегда считал, что здесь выучился — здесь и пригодился, только так действовал, и город его оценил. Здесь все его знают! Поэтому быть угрюмым ему нет необходимости. Вот на недавно прошедшем концерте в филармонии у него состояние было, скажем, не очень, так вот музыкантам и в голову не пришло позволить себе какие-то вольности, небрежность в игре или что-то похожее. Они говорили: «Мы максимально собрались, чтобы только не нервировать дирижера».

—Не переживайте, как говорят молодые коллеги, я ежедневно встречаюсь с Калабухиным на кафедре, и там, несмотря на свое состояние, он никогда не пропустит никакой ошибки, никакой фальши. Да, иногда сурово так говорит, иногда стыдит, порицает, но не более, это не выходит за рамки приличия.

—??!

—Действительно, есть такая. И молодежь, начинающие артисты, идя на репетицию, настраиваясь, понимают, что это будет, извините, не фигли‑мигли, придется выдавать все, что умеют и могут, вовсю. Конечно, студенты, еще не все могут, поэтому они собирают в кулак все профессиональное начало, чтобы проявить себя как можно лучше, иначе педагог может не только, так сказать, поулыбаться, но и пристыдить. Но чтобы его смертельно боялись, — нет, нет, Боже сохрани. Наоборот, просят сделать замечание, потому оно всегда соответствует действительности. Кстати, Анатолий Васильевич иногда может и анекдот к месту рассказать, но чаще восклицает: «Ну что ты стоишь и еле‑еле ртом шевелишь, это же большой труд — пение! Знаешь, как великий Паваротти работал? Думаешь, он просто так пел?! Почитай его мемуары: жена ходила с ним на концерты и брала три рубашки, и после двух-трех произведений, когда на сцену выходили другие исполнители, он менял их за кулисами, потому что насквозь был мокрый, — так трудился»!

—Это замечательное имя! Имя из когорты украинских музыкантов Харьковщины, который подарил более трехсот своих учеников музыкальной Украине. Он очень много лет работает в Харькове, в Оперном театре, все это время параллельно заведуя кафедрой оперной подготовки в ХНУИ. Анатолий Васильевич — это человек, о котором говорят, что дирижером нужно родиться. Он родился именно дирижером. Причем у него есть такая изюминка — его очень влечет все новое, абсолютно новое! Он считает, что задача музыканта — всегда поддерживать традиции, но взращивать на основе традиций новое и обязательно дарить его нашим благодарным слушателям, потому у Анатолия Васильевича в каждом концерте хотя бы 50 % музыки, которой дирижирует, составляет новая музыка. Да, может быть, она была написана три столетия назад и еще не звучала в Украине, но в первой столице, по мнению Анатолия Васильевича, она обязательно должна быть открыта для слушателей. В этом несомненная особенность его творчества. С ним легко работать, потому что цели и задачи, которые он ставит, ясны и легки.

—Вы сами догадайтесь. А я отвечу так: мне, к примеру, очень приятно как директору и основателю Рахманиновского фестиваля в Украине подчеркнуть следующее — у нас в Харькове было проведено 18 фестивалей «Сергей Рахманинов и украинская культура», первый из которых мы делали вместе с Анатолием Васильевичем. Да, у нас была большая группа музыкантов, но именно Анатолий Васильевич подарил тогда Харькову три замечательных вечера, поскольку дирижировал всеми четырьмя Концертами Рахманинова и Рапсодией на тему Паганини, — а это, утверждаю как специалист, музыкальное событие мирового масштаба. Исполнителями-пианистами были замечательные финалисты, теперь уже известные всему миру музыканты, выпускники нашей музыкальной десятилетки из класса педагога Виктора Макарова: Александр Гаврилюк, Алексей Емцов, Алексей Колтаков и Евгений Уханов — их исполнения, как раньше говорили, стали фундаментальными записями украинского телевидения и радио.

—Конечно. Очень приятно мне еще вспомнить и свое совсем молодое время, связанное с маэстро Калабухиным. Когда я окончила нашу консерваторию и была приглашена работать в ней, Анатолий Васильевич позвал меня заведовать литературной частью оперной студии, которой руководил. Это сотрудничество выдало на‑гора массу совместных радио- и телепередач о музыке. Так вот хочу подчеркнуть, что он тогда явил еще и свое умение отвечать на вопросы журналистов: точно, емко, исчерпывающе, ярко и вместе с тем коротко. Вообще, нашу более чем 30-летнюю совместную работу в консерватории мне приятно вспоминать: лекции, концерты, фестивали, мастер-классы, — я всегда чувствовала его рядом в профессии, как родителей в жизни. Такие люди, мастера в искусстве, они всегда над тобой, словно творческая крыша, что ли. Не очень красивое современное выражение, но в данном случае оно к месту, считаю, потому что я в него вкладываю смысл понятия защиты.

Хочу добавить и такой штрих: у Анатолия Васильевича была замечательная подруга в жизни, жена, прекрасная певица Ирина Яценко. Помню, я готовила один из юбилейных ее концертов, тесно общалась с обоими маэстро и очень много личного узнала об этой творческой паре. Оказывается, Анатолий Васильевич и в быту очень интересный человек: неприхотлив и направлен, как он сам говорит, к основе жизни — оркестру, тому, что связано с его работой. Сейчас он просто совершает подвиг, потому что, будучи не в той физической форме, которая позволяет с полной отдачей сил работать, он их все равно находит, как находит в себе мужество сосредоточиться, взять дирижерскую палочку, выйти к оркестру и властвовать над ним. В это время происходит волшебство: он собирается, молодеет и становится настоящим властелином большого оркестра, который великолепно звучит. Это умение дорогого стоит и не так часто встречается в жизни, у него же оно есть, чему я очень рада, и горжусь тем, что с ним работала, по-прежнему хожу на его концерты, потому что они — события в городской музыкальной жизни города по всем параметрам.

—Вот! Вы правильно сказали — Главного учителя. Анатолий Васильевич сыграл большую роль в моей жизни и на протяжении всего моего творческого пути всегда был рядом, от первых спектаклей в оперной студии — «Царская невеста» и «Богема», когда сам и дирижировал, конечно, до главных сольных партий в театре. Я очень много спел с ним спектаклей и должен сказать, что Анатолий Васильевич невероятно строгий и взыскательный музыкант, но необыкновенно честный: если считает нужным сказать что-либо нелицеприятное, обязательно говорит в лицо — что очень правильно. И те, кто это понимает и в состоянии оценить, общается с ним по-настоящему и очень его уважает. Мне же, по правде сказать, он не просто помог в жизни, он сопровождает меня на протяжении всего творческого пути.

—Да, совершенно верно, очень правильное сравнение. Теперь я горд тем, что в театре и в оперной студии всегда «пел под руку, под дирижерскую палочку» Анатолия Васильевича. У нас вообще очень теплые и дружеские отношения. Ценя это, всегда стараюсь помянуть добрым словом и его, Царствие небесное, жену, замечательную певицу Ирину Яценко. Этот творческий тандем, замечательная музыкальная пара принесла много радости всем, кто их окружал.

—В любой обстановке его характерная черта — откровенность. Он никогда не заигрывает со студентами, с оперными певцами, никогда не говорит того, чего на самом деле не думает, все всегда говорит в лицо и правду. Это очень важно. Причем не скажу, что от него похвалы не дождешься, нет, но уж зато когда хвалит, — это настоящая похвала. Скажу больше — и не стесняюсь этого, — что в его определении меня как певца словом «хороший», не только моя заслуга, но и его, моего педагога, он — мой крестный отец, угадал во мне настоящую творческую личность, был очень откровенен и давал весьма важные, жизненные советы. Пусть так и будет, многие лета ему!