Двести десятая осень в ботаническом саду

— По архивным данным, которые у нас есть, мы предполагаем, что это посадки приблизительно 1904‑1910 годов, так что им, конечно, больше 100 лет, поскольку их не садят же однолетними. Да, у нас есть сосна австрийская черная такого же возраста, ель колючая, можжевельник виргинский — все это посадки предположительно 1904‑1910 годов. Нужно сказать, что перед тем, как нам дали в 1957 году эту территорию под сад, дендрологами здесь было проведено обследование, и описания тех растений, которые остались тут и сохранились со времен, когда территория была дачей Бураса, мы видим в архивных данных и отчетах наших, скажем так, предшественников.

— Мы сотрудничаем вообще с очень многими садами, причем не только Украины, СНГ, но и с ботаническими садами всего мира. Конечно, нас интересуют сады в основном, именно мой отдел дендрологии, где есть растения, произрастающие в умеренных широтах, то есть, те, что могут предложить нам деревья и кустарники, которые будут расти у нас в открытом грунте. Мы им свои семена предлагаем, они нам присылают свои списки — таксоны, — мы говорим индексы, в которых коллеги предлагают нам семена. Из этих семян затем мы выращиваем растения и таким образом пополняем коллекцию. Коллекция наша сейчас многочисленная, более 1000 таксонов, под таксонами мы понимаем и виды, и подвиды, это формы, вариации и сорта. Здесь представлены деревья и кустарники умеренных широт Северной Америки, Японии, Китая, также Дальнего Востока, Сибири, Средиземноморья, Европы, и наша местная флора, конечно, тоже показана. Коллективом сада собрана богатая коллекция и хвойных растений, которые представляют интерес для озеленителей, потому что, сами понимаете, они зелены круглый год. Этих растений мы собираем не только виды, но и сорта. Например, коллекция елей у нас насчитывает 23 вида и 36 сортов, а коллекция сосен — 40 видов и примерно такое же количество сортов. Иногда встречаются очень интересные формы, благо сейчас мы имеем возможность получать такие растения прямо из питомников. К примеру, из Великобритании было привезено очень много интересных растений. Еще у нас собрана большая коллекция рододендронов, около 80 таксонов, около 40 таксонов магнолий. Сейчас активно пополняется коллекция клематисов, это очень красивые лианы. Не менее интересны древовидные пионы — сорта китайской селекции, японской селекции. Сразу же отмечу, что все приобретенные новые виды и сорта растений, которые интересны, уже выращиваются и испытываются в наших условиях, а именно, определяется, насколько они могут показать свои декоративные качества.

— Чаще всего семена мы получаем бесплатно, у нас бесплатный обмен. А иногда бывают и меценаты. Случается, покупаем за то, что реализацию проводим, продаем свои растения, проводим экскурсии и часть денег возвращается в ботанический сад.

— Да, и за эти деньги мы тоже можем осуществлять коммерческие покупки.

— В каком смысле — наши?

— Понимаете, мы — ботанический сад, наша основная задача — это все-таки научная работа, а есть специальные питомники, которые занимаются просто выращиванием растений для озеленения.

— А что такое «родные»?

— У нас в коллекции 23 вида елей, над которыми мы проводим первичные интродукционные испытания, то есть, мы их испытываем в условиях сада: насколько абсолютно новый, который даже не использовался в озеленении вид, будет к нему пригоден. Кстати, у нас в озеленении города используется не так уж много видов елей. Вы знаете ель голубую, которая называется ель сизая, ель обыкновенная, которая на Украине в Карпатах растет в диком виде, на Харьковскую область ее естественный ареал не распространяется. В Харьковской области в естественных условиях растет только сосна.

— Нет, это народное название, можно так сказать. В Карпатах очень многие растения имеют свои местные названия.

— Ель обыкновенная.

— Да. Раньше смерекой называли еще пихту белую. То есть, в разных книгах по-разному приводится, в старых книгах написано, что пихта белая называется смерека, в новых книгах дается название смерека — ель обыкновенная. Сосну горную, например, они называют жереб. Это украинское местное название данного растения. Она растет в Карпатах, хотя у нас в озеленении начинает тоже использоваться — на горках. Она растет не деревом, а кустом и имеет много форм. Также и рябина глоговина — у нас, а там ее называют берека, то есть, это какие-то местные названия. Но главное — латинское название, научное, обязательное для всех растений, которое должно состоять из двух слов: первое — это родовое название, второе — видовое. Это Карл Линней, великий шведский ученый, систематик предложил для того, чтобы все биологи мира, не только ботаники, могли понимать друг друга. Как мы с вами говорим: человек разумный, хомо сапиенс — это научное название вида, к которому мы с вами принадлежим, и вы, и я. Вот так каждый живой объект имеет обязательно бинарное, то есть, двойное название в биологии на латыни, которое понятно людям всего земного шара, если они биологи. Они могут говорить на любом языке, а латынь, это международный язык общения между биологами.

— Неправда. У нас существует две формы дуба: ранняя и поздняя, а вид один и тот же — дуб черешчатый. Поздняя форма распускается на две недели позже, и ее листья на зиму сохраняются. У ранней формы листья раньше идут в рост, и на зиму она всегда раньше сбрасывает листья, чем поздняя форма. У нас в ботаническом саду есть обе формы, два колоновидных, пирамидками, дуба.

— Не знаю, как это назвать, но к нам иногда люди обращаются с онкологией. Видимо, им советуют или врачи официальные, или народная медицина, знаете, когда люди хватаются за последнюю соломинку, или какая-то литература дается. Говорят, иммуномодулятором являются молодые побеги пихты или молодые орехи черного ореха — это североамериканский орех. Да, когда к нам люди обращаются по таким поводам, мы им никогда не отказываем…

— Да нет, пожалуй. Просто я люблю свою работу, люблю растения, люблю, когда люди приходят и смотрят на них. Знаете, к нам часто друиды обращаются, они следят за календарем, приходят и просят: покажите осинку, покажите то растение или другое. Мне это нравится, очень нравится, когда люди интересуются, когда любуются нашей работой, а, вообще-то, правильно говоря, — природой. Сейчас очень красивое время года, неправда, когда говорят, что красива только весна, надо просто уметь видеть эту красоту и стараться почувствовать. И когда мы видим тех, кто приходит в сад сейчас, и получает от этого удовольствие, мы тоже получаем удовольствие, потому что растения мы выращиваем не для себя, мы их выращиваем для людей.

* * *

За 210 лет на эту территорию, которая теперь называется университетским ботаническим садом, столько посетителей приходило — и физиков, и лириков!.. Просто никто не фиксировал, скольким он дал сил, хорошего настроения, а, может быть, веру в себя; а, может быть, кто знает, подтолкнул к какому-то открытию, важному решению или поступку. Приходите в сад, подышите его целебным воздухом, порадуйте свой взгляд, а вдруг окажется, что это и ваша пора?..

Ну а то, что осенью, а точнее в начале октября, филолог в первую очередь вспоминает хрестоматийное, но от этого не менее родное и великолепное пушкинское обращение ко всем нам из его блистательной «Осени» 1833 года, всем, наверное, понятно. Так, други мои, почему бы нам не вспомнить вместе: